1.4. Библиопсихологическая теория Н.А.Рубакина

1.4. Библиопсихологическая теория Н.А.Рубакина как метод исследования психологической связи, существующей между психикой потребителя информации и документальным источником информации.

Впервые вопрос о связи психики человека с документальным источником информации, частным случаем которого является отношение “книга - читатель”, в отечественном и зарубежном библиотековедении был поставлен Н.А.Рубакиным в теории библиологической психологии, в которой автором была предложена также его экспериментальная апробация.
Красной нитью через всю библиопсихологическую теорию Н.А.Рубакина проходит мысль о наличии связи (у автора о “взаимосвязи), существующей между читателем, его психикой и книгой, у Н.А.Рубакина “...с книгой, как психическим процессом”(273,С.17 ) . Так, например, слово, фраза, совокупность книг, целая литература рассматривалась им как возбудители реакций, как реактивы на исследуемого индивида и коллектива ..., когда в целом вся библиопсихология рассматривалась им как психология книжного дела, изучаемого по реакциям, то есть внешним проявлениям. Для автора библиопсихологии был совершенно очевидным тот факт, что “...между типами книг и типами читателей несомненно существует функциональная зависимость”(273,С.14) , иначе говоря, связь. Указание автора библиопсихологической теории на функциональный характер данной связи, а также на наличие так называемых родо-видовых признаков, присутствующих в теории, свидетельствует о том, что Н.А.Рубакин первым в отечественном и мировом библиотековедении попытался не только применить метод системного подхода в методологическом обосновании своей науки, поскольку именно данная “форма познания имеет своим фокусом “вид”, “род”, составляющие систему явлений, а отдельное явление, предмет выступают при этом как структурная или функциональная часть целого, как его элементы, компоненты”(1,С.37) , но и в открытии данного метода в общенаучном плане, как особого метода познания предметов и явлений объективного мира.
Кроме этого, апелляция Н.А. Рубакина к книжному делу как «трудовому процессу» (273,С. 26), в котором участвуют различные составляющие его объекты: работники, их труд, продукты их труда, социальная среда, воздействующая на данный процесс, по элементное, операциональное рассматрение данного процесса также свидетельствует о том, что в теории библиологической психологии Н.А. Рубакиным был применен так же метод деятельностного подхода, основными составляющими которого являются объекты, процессы, операции. Следовательно, в методологическом обосновании своей науки Н.А. Рубакиным была сделана первая попытка или одна из первых попыток использования системно-деятельностного метода при анализе взаимоотношений читателя и книги, что в соизмерении с научными достижениями того времени может быть расценено гениальной посылкой, предвидевшей не только наличие самого подхода в развитии науки, но и в использовании данного метода в библиотечно-библиографических исследованиях, получивших свое развитие в библиотековедении в 70-80-е гг. XX века.
Однако самой большой заслугой Н.А.Рубакина следует признать то, что он первым в отечественном и зарубежном библиотековедении, если так можно выразиться, связал или соединил книгу и читателя, а в представлении концепции системы документальных коммуникаций - документ и потребителя информации посредством психологической категории человеческого восприятия, указав при этом на связь, существующую между данными двумя элементами.
Психологическую основу данной связи Н.А. Рубакин увидел в новой для того времени психологии восприятия, подчеркивая, что его наука «… есть наука о реакциях на такие раздражители как печатное, рукописное и устное слово. Выражаясь языком старой психологии, ее можно назвать психологией восприятия» (273,С.133).
Действительно, потребление семантической информации, зафиксированной в документе или чтение документа, неминуемо опосредуется психологической категорией человеческого восприятия, что, во-первых, обусловливает изучение психологии самого читателя, а, во-вторых, как было указано ранее, реализует информационную связь, или, согласно нашему исследованию, исключительно , психологическую связь, существующую между потребителем информации и документом. Именно данный момент, с нашей точки зрения, следует признать краеугольным камнем всей библиопсихологической теории Н.А.Рубакина. И, хотя в настоящее время, по словам А.Н.Леонтьева, “...не существует никакой убедительной теории восприятия, способной охватить накопленные знания...” (198,С.251), однако, по его же собственным словам, “...проблема восприятия должна быть поставлена и разрабатываться как проблема психологии «образа мира”(198,С.251-252), что подтверждается современными психологическими исследованиями в данной области знания. .(12,13).
Однако самым существенным моментом в объяснении непосредственной связи, существующей между психикой потребителя информации с документальным источником информации, называемой книгой или документом, ее физиологической основой, следует признать использование Н.А.Рубакиным теории “мнемы” немецкого зоолога Р.Семона. В понимании Р.Семона одним из ведущих компонентов понятия “мнемы” составляют явления наследственности, понимаемые в современной генетике как “клеточная память” индивида. При этом сам термин “память” понимается Р.Семоном и соответственно Н.А.Рубакиным как термин более узкий, нежели термин “мнема”, означающий не только накопление индивидом онтогенетической информации, то есть информации полученной из внешней среды в процессе онтогенетического развития человека, но и взаимодействие ранее полученной в процессе филогенетического развития информации с поступающей вновь (явление экфории).
Согласно данной теории Семона - Рубакина в результате действия раздражений, получаемых индивидом из внешней среды, в раздражимом веществе происходит некоторое изменение, названное авторами «энграммой», что в переводе означает «запись». Более подробно Н.А.Рубакин говорит об этом акте, в результате которого «...вещество живого организма оказывается молекулярно измененным: оно сохраняет след от пережитого возбуждения» (273,С.33) .
Если термин мнема, означавший в представлении Семона -Рубакина психические процессы, куда более сложные, чем психические процессы, образующие память индивида, не получил своего дальнейшего развития в современной психологии, то термины «след», «следовые образования» нашли в настоящее время самое широкое распространение как в отечественной, так и в зарубежной психологической науке. В настоящее время термин «энграмма» или следовая реакция получили всеобщее признание. Р.Семон понимал энграмму как длительное, если не постоянное изменение, происходящее где-то в ядерной субстанции клеток мозга. Это близко к современному пониманию процессов памяти, предполагающему молекулярные изменения в субстанции мозга.
И хотя в настоящее время современные нейрофизиологические исследования свидетельствуют о том, что процессы памяти человека являются куда более сложными процессами, нежели образования следовых реакций, однако физиологическая основа памяти - образование следов в коре головного мозга человека - остается в силе и сегодня, и широко используется в рамках разработок различных психологических проблем.
В психологической науке в настоящее время энграмма, след или следовая реакция, оставленная в коре головного мозга человека после действия на него раздражителя, понимается учеными “…как нервная модель стимула” (303,С.57), в котором «…одновременно регистрируется интенсивность, длительность, пространственное положение размер, качественная характеристика, ритм нанесения раздражения, а также раздражения, действующие на другие органы чувств» (303,С. 79), алгоритм того что принято называть образом – представлением человека или конгломерат того, что принято именовать формированием представления человека (211).
Следовательно, в самой постановке вопроса о связи психики человека с документальным источником информации, а также в возможности его разрешения Н.А.Рубакин был прав. Именно это позволило ему сделать логически верный вывод о том, что “...каждый читатель в процессе чтения строит свою собственную проекцию читаемой книги в зависимости от количественной и качественной стороны своей мнемы”(273,С.83) , иначе говоря, от индивидуальной фило - и онтогенетической памяти индивида. Для доказательства связи между читателем и книгой на более высоком уровне, на уровне сознания человека, Н.А.Рубакиным была использована теория рефлексов И.П.Павлова. Согласно рефлекторному учению И.П.Павлова, которому следовал Н.А.Рубакин в объяснении действия печатного, рукописного и устного слова, “...действительность сигнализируется почти исключительно только раздражениями и следами их в больших полушариях непосредственно приходящими в специальные клетки зрительных, слуховых и других рецепторов организма. Это то, что мы имеем в себе как впечатление, ощущение и представление от окружающей среды внешней, как общеприродной, так и от нашей социальной, включая слово, слышимое и видимое. Это первая сигнальная система, общая у нас с животными. Но слово составило вторую, специально нашу, сигнальную систему действительности, будучи сигналом первых сигналов”(246,С.235) . Человеческая же речь, а вместе с ней и устное, и рукописное слово, понималось Н.А.Рубакиным на основе вышеуказанного “...как высокоразвитая система сигнализации” (273,С.66) , слово при этом является сигналом или знаком. Если учесть тот факт, что в современных психологических исследованиях указывается, что “...в качестве сигнала может выступать и слово, при этом оно выступает как материальный носитель информации”(365,С.56) , то и в данном своем утверждении Н.А.Рубакин в теории библиологической психологии также стоял на правильных позициях. Однако в общем понимании вопроса о восприятии читателем информации, считываемой с документа, Н.А.Рубакину свойственно механическое переложение известной рефлекторной дуги И.П.Павлова в процессах восприятия информации читателем, без учета, с одной стороны, информационно-содержательной стороны слова, с другой смыслового содержания слова, фразы, текста. Все это влечет за собой необходимость внесения определенных изменений в теорию и практику библиологической психологии на основе применения теории смысла Г. Фреге.
Тем не менее, обращение Н.А Рубакина в те годы именно к данному учению, как к общей методологической базе своей теории, лишний раз говорит о том, что и в решении этого вопроса он стоял на правильных позициях, поскольку до сей поры абсолютно все психологические исследования опираются на учение И.П.Павлова о высшей нервной деятельности мозга как общей методологической базе.
В библиопсихологической теории Н.А.Рубакина была затронута и получила свое первое экспериментальное исследование проблема ликвидации соответствий между документом и потребителем информации в системе документальных коммуникаций, проведенная Н.А.Рубакиным на уровне отношения “книга-читатель”. Более детально Н.А.Рубакин говорит об этом: ”На страницах нашего труда всегда проводилась и доказывалась та мысль, что влагаемое содержание может то соответствовать, то не соответствовать содержанию получаемому, это , смотря по сходству и несходству мнем агента и перципиента”(273,С.273). .
В целом можно сказать, что общий подход к решению проблемы процесса чтения, предложенный Н.А.Рубакиным в библиопсихологической науке, соответствует современному уровню решения этой проблемы в психологической науке.
Им была предложена также методика математического расчета данного процесса осознаваемостей психических переживаний читателя во время чтения текста документа. Взаимодействие процесса сознания и подсознания человека изучаются в современной психологической науке с точки зрения З.Фрейда - в психопатологии, в рамках нейролингвистики - каждая в своем аспекте.
Результатом всей библиопсихологической теории Н.А.Рубакина явилась предложенная автором классификация читателей и книг, представляющая формальное, математическое выражение степени их максимального соответствия их друг другу.
Для этого им был предложен специальный библиопсихологический метод, позволяющий проникнуть в интроспекцию процесса чтения или потребления семантической информации, выражаясь современным языком. Согласно Н.А.Рубакину, в процессе чтения помимо восприятия участвует сознание и подсознание человека. Взаимодействие данных двух структурных характеристик психики позволяет человеку осознавать или не осознавать прочитанное.
По нашему мнению, проблема соответствия определенного типа книги определенному типу читателей также была поставлена Н.А. Рубакиным в теории библиологической психологии и разработана им на уровне отношения « книга – читатель». Однако в теории библиологической психологии Н.А.Рубакиным была не только поставлена эта проблема теоретически, но и дана ее практическая, экспериментальная апробация Библиопсихологические коэффициенты с нашей точки зрения являются математическим выражением степени соответствия информации, циркулирующей в психике человека в данный момент времени и поступающей в психику человека из ее документального источника ( у Н.А.Рубакина - книги). Согласно Н. А. Рубакину, это понятия, ощущения, образы, инстинкты, эмоции, стремления, хотения, действия . Общая сумма представленных автором восьми позиций дает нам в конечном итоге библиопсихологическое уравнение автора, читателя, книги. Элементарный акт сопоставления или сравнения данных уравнений дает в идеале оптимальный математический результат соответствия той или иной книги тому или иному читателю, а в идеале оптимальный практический результат функционирования психологической связи на уровне отношения «книга – читатель» или документ – потребитель информации в библиотеке.
Достаточно в масштабах всей страны провести централизованную индексацию всего выходящего в стране документального потока сообразно библиопсихологическому методу Н.А.Рубакина и соответственно этому индексацию всех пользователей и авторов в библиотеках страны и других информационных учреждениях, то сопоставление этих индексов в реальной библиотечной деятельности даст нам оптимальный математический вариант соответствия определенного документа определенному пользователю, а с нашей точки зрения практическую реализацию психологической связи. Что в конечном итоге в оптимальном варианте поможет решить проблему информационного дисбаланса в обществе.
Проблема информационного дисбаланса была отмечена Н.Б.Зиновьевой в контексте формирования информационной культуры личности человека ( 137) . Автором, в частности, отмечался тот факт, что объем производимой в обществе информации растет в геометрической прогрессии, что приводит к противоречию между ее производством и потреблением. Однако, еще ранее специалистами отмечался тот факт, что современный исследователь стоит перед Гималаями книг и библиотек, в которых очень трудно отыскать то, что , действительно, нужно.
Общеизвестно также, что объем фондов всех библиотек мира увеличивается вдвое каждые 12 – 16 лет. Понятно поэтому, что в таком лавинообразном потоке информации отыскать необходимую, действительно нужную информацию бывает весьма и весьма затруднительно, несмотря на систему ИНТЕРНЕТ.
Однако, это только часть вопроса. Другая его часть связана с тем, что еще ранее в критических замечаниях в адрес библиопсихологии нами констатировался тот факт, что в теории библиологической психологии Н.А.Рубакиным была использована двухуровневая структура психики человека, состоящая из сознания и подсознания человека, в то время как современные психологические исследования, проводимые в данной области деятельности констатируют наличие третьего уровня в ее структуре – уровня над – сознания, представленного в том числе и в настоящем исследовании. Вследствие этого, теория библиологической психологии требует своего уточнения или исследования в данном направлении.
Однако, в настоящее время приходится констатировать, что и в отечественной, и в мировой науке отсутствуют подходы к решению этой проблемы. Только в творчестве В.В.Налимова (234, 235) была вскрыта и исследована проблема медитации, так или иначе связанная с решением этого вопроса. Однако предмет исследования этого вопроса относится к теории трансперсональной психологии, исследующей проблемы так называемого измененного сознания человека, что не может быть исследовано в области общей психологической науки.
Тем не менее, именно в его творчестве при исследовании им проблемы сознания человека мы находим понятие спонтанности или «метаслучайности», выражающейся в силлогизме Бейеса, который является формальным или математическим описанием процесса самоорганизации сознания. Вследствие этого, если к библиопсихологическим уравнениям Н.А.Рубакина добавить исследование психики человека по силлогизму Бейеса, то это, во-первых, свяжет воедино библиотековедение с такой новомодной ныне наукой как синергетика, а, во-вторых, в итоге мы получим математическое описание процесса самоорганизации сознания, не подчиняющегося , по мысли В.В.Налимова, причинно-следственной расшифровке. И , как указывает сам автор, в этом вопросе мы имеем дело с запредельными величинами, за которыми скрывается Тайна мирозданья (234,С.115), вследствие чего и данное направление не подлежит исследованию в настоящее время…
Необходимо констатировать также, что в настоящее время не все мысли, идеи, положения, высказанные Н.А.Рубакиным в его теории библиологической психологии , нашли свое подтверждение в современной науке. Так, например, неизвестно, что следует понимать под “ореолом”, которым, по мнению Н.А.Рубакина, окружены слово, книга, как это явление воздействует на читателя и что это за явление вообще. “Поле читательского внимания” также требует своего научного исследования и интерпретации, закон консонанса и диссонанса эмоций также следует отнести к явлениям малоизученным в современной науке, поскольку мало изучена сама природа человеческой эмоции, не говоря уже о законах ее взаимодействия с окружающим миром и т.д.
Кроме этого, необходимо отметить еще одно немаловажное обстоятельство, а именно то, что, говоря о методологических основах своей науки, Н.А.Рубакин указал, что: “...сущность психики, как и сущность материи, как и сущность энергии до сих пор на выяснены наукой”(273,С.23) , что было абсолютно верным утверждением в тот период времени, когда создавалась теория библиологической психологии.
Тем не менее, имея за плечами более чем полувековой практический и теоретический опыт работы с книгой и с читателем и используя рациональные зерна передовых для того времени учений в области психологии, физиологии, языкознания, именно Н.А. Рубакин первым не только указал на наличие связи, существующей между книгой и читателем, но и предложил ее экспериментальную апробацию, которая в свете современных научных достижений хотя и содержит определенные ошибки и погрешности, тем не менее общий подход, предложенный Н.А.Рубакиным в теории библиологической психологии, следует признать адекватным.
Все это говорит о том, что все исследования, как теоретические, так и практические, проводимые в данной области деятельности, по мере накопления новых научных фактов и гипотез в смежных с библиотековедением науках, таких как психология, педагогика, кибернетика, информатика, лингвистика и др., должны будут в той или иной мере опираться на теорию библиологической психологии.
В зарубежном библиотековедении библиопсихологическая теория Н.А.Рубакина получила более глубокое исследование, чем в России, начиная с середины 1960-х годов прошлого века. Известная исследовательница научного творчества Н.А.Рубакина С.Симсова (Великобритания)(409, 417, 418, 419, 420) провела очень глубокое исследование “субъективных параметров чтения” используя “особый метод”, предложенный Н.А.Рубакиным в теории библиологической психологии. Было проведено три серии экспериментов, в результате чего было выяснено, что между библиопсихологическими типами читателей и излюбленными авторами прослеживается определенная взаимосвязь, заслуживающая дальнейшего изучения (середина 60-х годов) .
В докторском исследовании Р.О.Линден (Великобритания) были также затронуты идеи библиопсихологической теории Н.А.Рубакина, в частности, рассматривалась суть человеческого характера и его значение для чтения и образования (271, С.173).
В настоящее время в нашей стране внимание исследователей к библиопсихологической науке Н.А.Рубакина несколько возросло, однако своего всестороннего научного анализа данная теория еще не получила. Тем не менее, сегодня можно констатировать, что «специальный метод» исследования соотношения читателя и книги, предложенный Н.А.Рубакиным в библиопсихологии является единственно верным или адекватным решением данной проблемы.
Поэтому библиопсихологическая теория Н.А.Рубакина является на нынешний день единственно адекватной теорией, отражающей проблему соответствия определенной книги определенному читателю, а с нашей точки зрения, отражающая практическую реализацию психологической связи.


ГЛАВА II. ПСИХИКА ЧЕЛОВЕКА КАК ЕГО ИНФОРМАЦИОННОЕ ПОЛЕ.

ГЛАВА II. ПСИХИКА ЧЕЛОВЕКА КАК ЕГО ИНФОРМАЦИОННОЕ ПОЛЕ

2.1 Сущность феномена информации

2.2 Соотношение концепции психологической связи с другими концепциями теории информации.

2.1 Сущность феномена информации

Психологическая связь как форма выражения процесса информационного взаимодействия психики человека и объективно существующего мира, согласно нашему пониманию вопроса, начинает свое функционирование, в момент рождения человека. Не- смотря на то, что многие психологические исследования говорят о том, что даже во внутриутробном периоде человек уже слышит доносящиеся из внешнего мира информационные сигналы и соответствующим образом реагирует на них. Однако только после рождения человека начинается процесс становления, формирования и развития его психики в результате трех - уровневого процесса информационного взаимодействия , совершаемого человеком, , с окружающей его информационной средой, с областью под – и над- сознательного в психике , в конечном итоге – его личности.. В результате этого трехуровневого процесса психика человека наполняется своим конкретным информационным содержанием. Это с одной стороны. С другой, согласно психологическим исследованиям А.Н. Леонтьева( 197, 198, 199, 200,) и его научной школы, с момента рождения человека начинается процесс построения в сознании индивида многомерного «образа мира» как структуры человеческой психики, то есть, в результате постоянных «встреч», наложений, сопоставлений, оценки информации, получаемой из внешней среды, из под- и над - сознательного уровней психики, в психике каждого человека создается, очерчивается определенная область, определенный образ, который можно назвать рисунком психики человека, что и является, согласно нашему мнению, собственно психикой конкретного человека.
В связи с тем, что «...основным свойством генетической информации является самоорганизация» (231,С.26), а также в связи с тем, что принцип «Золотого сечения» выражает универсальность процесса гармонии (231,С.26) , то, основываясь на данных постулатах, можно только предположить, что данный рисунок психики человека идентичен, похож, тождественен, напоминает структуру тела или фигуры конкретного человека, что и обуславливает в какой-то мере индивидуально-психологические особенности личности человека. Поскольку, по мнению психологов, личность считается сформированной к двадцати пятилетнему возрасту , то вследствие этого так же можно предположить, что становление, формирование «образа мира» человека а, по нашему мнению, - рисунка психики конкретного человека завершается к данному периоду времени. Таким образом осуществляется процесс формирования психики человека, а вместе с ней и личности человека с точки зрения заявленной в настоящем исследовании концепции. (См.§ 1, гл. У1).
Однако, как утверждают психологи , (291,С.35) образ в гносеологическом смысле представляет собой идеальное содержание, зафиксированное в знаковой системе. В знаке содержательная информация об объекте закодирована (под кодированием в общем смысле слова понимается преобразование сигнала информации) в форму, удобную для их движения по каналам связи. И для познающего субъекта она важна не сама по себе, а поскольку она является носительницей определенного идеального содержания - смыслового значения, которое мы, согласно нашему пониманию вопроса, и назовем «собственно информацией».
Это «... смысловое поле, система значений, которое циркулирует только в образе мира человека» (198, С.251) по А.Н.Леонтьеву, а с точки зрения нашего исследования – в рисунке психики человека – в его информационном поле. Так, по данному вопросу А.Н.Леонтьев указывал : «Опосредованное значениями, как бы преломленное сквозь призму значений, психическое отражение мира и является сознательным отражением «сознанием». Значение при этом есть реальная психологическая «единица сознания» (199, С.25). Более того, с его точки зрения, именно , благодаря значениям, в которых преломляется в сознании внешний мир, поведение человека делается разумным (200,С. 27) , а «...смысл - при этом - есть интенция значения (200,С.284) Кроме этого, смысловое поле, по его мысли, и есть такой образ оно синонимично системе значений, «пятому квазиизмерению» (197, С.251), а сознание при этом имеет системное и смысловое строение (199,С.25), то следовательно, психика человека в своей основе имеет полевую структуру или инстанцию.
В связи с тем, что, по мнению большинства ученых (231), информации без системы кодирования не существует, следовые образования в коре головного мозга, или, как принято говорить, модель в мозге человека, сообразно этому, можно рассматривать только как способ фиксации, способ сохранения, способ кодировки информации в мозгу человека. В науке предполагается однозначное соответствие между реальными объектами и их моделями в нервной системе (то есть кодами). Это явление так называемого изоморфизма, то есть адекватности восприятия или отражения объективного мира в сознании человека. Однако изоморфизм нарушается при переходе к символу, то есть к слову. Слово, согласно И.П.Павлову, составляет вторую сигнальную систему, отличающую нас от животных. Следовательно, слово является чисто человеческим носителем информации.
Одним из фундаментальных вопросов теории информации является вопрос о субъективном или объективном характере информации в целом. Научной общественности широко известны имена таких исследователей феномена информации как Ю.М.Каныгин, И.И.Юзвишин, считающие, что информация существует в мире объективно (это тонкоматериальная структура Платона), и имя Ю.Н.Столярова, считающего информацией субъективное отражение реальности. Этой же точки зрения придерживаются Р.С.Гиляревский и А.И.Черный.
Как видим, центральным понятием представленного нами определения информации является понятие смысла.
Проблеме смысла в настоящее время посвящена огромнейшая как зарубежная, так и отечественная литература. Наиболее развернутый анализ этой проблемы в отечественной литературе представлен в монографии Д.А.Леонтьева «Психология смысла» (201), в которой автор дал исчерпывающий теоретический анализ смысловой реальности как смысловой сферы личности, различных аспектов теории смысла, форм его существования в сознании и деятельности человека, в межличностном взаимодействии, в артефактах культуры и искусства с психологической точки зрения(201,С.105-154).
Согласно этому подходу , смысл выступает в психологии в трех самостоятельных ипостасях: во - первых, это область объективных отношений между субъектом и миром. Это, так называемый жизненный смысл и отражающаяся в нем динамика жизненных отношений – это онтологический аспект смысла.. С точки зрения нашей концепции, это функционирование психологической связи на одном из ее уровней, а именно, на уровне собственно сознания человека и соответственно этому , наработка онтогенетической информации в психике индивида в процессе его жизнедеятельности. Во - вторых, это образ мира в сознании субъекта, одним из компонентов которого является личностный смысл и отражающаяся в нем динамика субъективного образа реальности – это феноменологический аспект смысла. А с точки зрения нашей концепции - это информация, имеющаяся в психике человека и отражающая индивидуально-психологические особенности личности человека. И, наконец, третья ипостась связывается автором с психологическим субстратом смысла - с неосознаваемым механизмом внутренней регуляции жизнедеятельности, принимающие форму смысловых структур личности, образующих целостную систему. Это деятельностный или субстратный аспект смысла. С точки зрения нашей концепции, это функционирование психологической связи в области под- и над-сознательного в психике.
Согласно этому подходу, как указывает А.А.Леонтьев, базисными образующими образа мира – в нашем случае, рисунка психики человека, являются смысловые образования, как устойчивые системы личностных смыслов, содержательные модификации которых обусловлены особенностями индивидуального опыта личности (201,С.146-147). В наиболее общем определении смысловая структура, согласно авторской точке зрения, является превращенной формой жизненных отношений субъекта. Д.А.Леонтьев выделяет в психике человека шесть видов таких смысловых структур: личностный смысл, понимаемый как составляющая сознания, смысловой конструкт, смысловая установка, смысловая диспозиция, мотив и личностная ценность.(201,С.126).
Как видим, в данной концепции наблюдается явное переплетение концепции психологической связи как концепции теории информации и психологической концепции теории смысла в исследовании одного из современных отечественных авторов.
В зарубежной психологической науке, как указывает Д.А.Леонтьев, проблема смысла разрабатывается в двух направлениях: с одной стороны понятие смысла понимается как высшая интегрированная основа личности, с другой – как структурный элемент сознания и деятельности.
Как известно, наиболее детально и глубоко теория смысла была разработана немецким логиком Г. Фреге (342). По Г.Фреге в каждом собственном имени имеется то, что мы называем значением (Bedeutung) и то, что мы называем смыслом (Sinn). Значение имени есть тот предмет, который обозначается этим именем, а вот смысл собственного имени по Г.Фреге можно рассматривать как выраженную в имени информацию, (что совпадает с нашим пониманием вопроса - Е.Е.), однозначно его характеризующую.
Однако, по его мысли, от понятия смысл и знак, следует отличать понятие представления, которое есть внутренний субъективный образ человека, возникающий из воспоминаний и чувств об этом предмете. Смысл имени занимает среднее положение между значением имени, в качестве которого выступает сам предмет, обозначенный этим именем, и представлением (то есть образом этого предмета – Е.Е.) о нем, носящим субъективный характер, хотя смысл и является самим предметом, по мысли Г.Фреге, его нельзя назвать субъективным.
Таким образом, смысл по Г.Фреге не носит субъективного характера, а есть объективное содержание мышления , которое может быть общим достоянием многих. Смысл по Г.Фреге может быть выражен только и только языковыми средствами, ( что также совпадает с нашим пониманием вопроса, отсюда – семантическое, языковое наполнение психики человека - Е.Е.). Более того, по Г.Фреге и мысль человека также следует считать смыслом.
В исследованиях М.М.Бахтина (26) отмечается , что переход образа в символ придает ему смысловую глубину и смысловую перспективу. Образ должен быть понят как то, что он есть и как то , что он обозначает. Содержание подлинного символа через опосредованные смысловые сцепления соотнесены с идеей мировой целостности, наличием космического человеческого универсума. У мира есть смысл. Как писал Б.Пастернак - «Образ мира в слове явленный» (26,С.381).
В связи с вышеуказанным, а также , исходя из концептуальных положений теории смысла Г. Фреге, мы приходим к следующему выводу: информация – это объективное смысловое содержание субъективного образа психики человека. А вопрос о субъективном характере информации вообще есть вопрос об искажении информации с той или иной точки зрения. Данное понимание вопроса совпадает с мнением А.Н.Леонтьева, указавшем в свое время на то, что «Смысл есть….субъективно – объективная категория» (200,С.207-208).
Существо этой позиции выразил в свое время В.М.Мясищев, (232) говоря о том, что в психике, в сознании осуществляется и отражение действительности и отношение к ней , что в конечном итоге и порождает оценку субъектом объекта. Так как познавательная и ценностная деятельность практически неразделимы (152,), то в процессе информационного взаимодействия человека с объективно существующим миром в сознании индивида формируется система ценностных ориентаций, ценностных представлений, которые "….целесообразно рассматривать как сложные, обобщенные системы ценностных представлений, функционирующие как относительно самостоятельные иерархизированные функциональные единицы психики " (276,С.4).) И сквозь данные иерархизированные единицы ценностных представлений психики человека (фактически оцененная ею информация), на основе акта информационного взаимодействия (психологические процессы опознания, узнавания, сличения) осуществляется процесс информационного взаимодействия или процесс функционирования психологической связи. Данный процесс можно сравнить с процессом просеивания информации сквозь призму смыслового поля – системы смысловых значений, циркулирующих или функционирующих в рисунке психики конкретного человека, в его информационном поле.
Данное понимание вопроса совпадает также с точкой зрения А.Н.Леонтьева (200) и его последователей о существовании в психике человека своеобразных «узлов», соединяющих различные виды деятельности в целостные личностные структуры. Более того, автор отождествляет эти «узлы» с ценностными образованиями, задающими основу личности, что совпадает с нашим пониманием вопроса. По мнению Д.А. Леонтьева также целый ряд авторов прямо указывают на смысловую природу ценностей (201,С.224).
Рабочим инструментом данного просеивания является явление резонанса, вскрытое нами в § 3 главы 1 и собственно диссертационном исследовании. Резонирующая с психикой человека информация, просеиваясь сквозь призму смысловых значений, вызовет и соответствующий этому результат – позитивной оценке информации человеком, приводящую к дальнейшему стимулированию деятельности индивида или наоборот.
В связи с тем, что ведущим и неотъемлемым элементом выявленного нами информационного взаимодействия является психика человека на всех структурных уровнях ее формирования - явление органического мира природы, обеспечивающая жизнь и деятельность системы в целом, следовательно она и является тем третьим элементом, который ищут все исследователи мира после публикации работы Н.Винера «Кибернетика и общество» (67) . Это психика человека - его информационно-смысловое поле.
Природа поля, как известно, изучается во многих науках и научных дисциплинах. В физике, например, различают магнитные, торсионные, гравитационные поля, которые функционируют в объективном мире по своим физическим законам. Что же касается информационного поля человека его психики, то, исходя из вышеизложенного, оно материально по своим очертаниям - рисунок психики человека или следовые образования коры головного мозга человека, являющиеся атрибутом физического мира природы, и идеально по своему информационному наполнению, поскольку содержит в себе смысловую, семантическую информацию, или любую другую, являющуюся результатом процесса информационного взаимодействия психики человека с объективно существующим миром, с областью под- и над - сознательного в психике. Следовательно, в этом вопросе мы пришли к наличию в мире двух миров – мира физического и мира семантического, сугубо психологического, что подтверждает концепцию В.В.Налимова о наличии во Вселенной семантисеского континуума. Возможно, это одна из причин, которая не позволила А.Эйнштейну в свое время создать единую теорию поля.
Более того, именно данное понимание вопроса подчеркивает правоту тех ученых, которые считают информацию идеальной по своей сути.
Большинством исследователей, как известно, признается идеальность информации, однако, без детального доказательства данного явления.
Вопрос об идеальности информации, исходя из особенностей нашего исследования, исходит сам по себе, поскольку совпадает с вопросом идеальности человеческой психики. Абсолютно всеми исследователями – и философами, и психологами – признается отражательная функция мозга человека. Так, А.Г.Спиркин раскрывая природу сознания человека, определяет его как высшую, свойственную только людям и связанную с речью функцию мозга, заключающуюся в обобщенном и целенаправленном отражении действительности (305,С .383) .
То есть, согласно нашему исследованию, в результате функционирования выявленной нами психологической связи, мозг человека, как объективно существующий материальный объект в результате процесса информационного взаимодействия с объективно существующим миром с областью под- и над - сознательного в психике , отражает данный мир. Следовательно, как материальный объект он обладает отражательной способностью или поверхностью, какой обладают физические тела, такие как зеркало, экран, монитор. Исходя из этого, мы можем сравнить психику человека с экраном и, образно говоря, назвать ее экранным полем человека. Можно только предположить, что на данном экране отражается, появляется, высвечивается определенное изображение информационного взаимодействия, совершаемого человеком в жизни и деятельности с областью под, - и над - сознательного в психике, и последнему остается только считать, расшифровать, снять данное отраженное информационное взаимодействие. Отсюда и, название – снятие неопределенности в системе. В связи с тем, что это не сам материальный предмет, объективно существующий в мире, а его психологическая копия,- экранное отражение, снимок, то, следовательно, в данном сугубо материалистическом случае мы имеем дело с философской категорией отраженного отражения, а это уже глубокий идеализм, как утверждает материалистическая концепция мирозданья…
Более того, именно материалистическая концепция мирозданья говорит нам о том, что назвать мысль материальной нельзя…
Таким образом, можно рассматривать психику человека в качестве своеобразного «моста», соединяющего воедино материальные и идеальные процессы мирозданья.
Но это только часть вопроса. Другая его часть связана с функционированием психологической связи на под- и над сознательном уровне. Каким образом, в каком виде представлена информация там? Об этом судить очень трудно. Проблеме бессознательного в психологической науке посвящена гигантская научная литература, начиная с работ З.Фрейда и кончая современными неофрейдистскими концепциями. По мысли З.Фрейда , бессознательное в психике руководит деятельностью сознания человека и соотносится с последним как лошадь и наездник, где сознанию человека принадлежит роль наездника , а подсознанию соответственно –лошади . Проблеме исследования бессознательного в психике человека посвятил всю свою жизнь и научную деятельность ученик и последователь З.Фрейда К.Г.Юнг, впоследствии разорвавший свои отношения и убеждения со своим учителем и нашедшим свой путь в исследовании данной проблемы (391,392).
Итогом его многолетней творческой деятельности явилась, как известно, выдвинутая им идея наличия архетипов коллективного бессознательного в структуре бессознательного психики человека. Архетипы по Юнгу , это трансцендентные по отношению к сознанию реальности… вызывающие к жизни комплексы представлений, которые выступают в виде мифологических мотивов. По его мысли, бессознательное не сводится к биологически детерминированным, инстинктивным слоям психики, а охватывает всю сумму или осадок всех предыдущих поколений; сумму, проявляющуюся в душевной жизни в виде определенных типов поведения, эмоциональных реакций, образов спонтанных фантазий, сновидений и даже мышления и лишь ( в лучшем случае) с трудом поддающуюся контролю со стороны сознания. Это темная, «ночная» сторона человеческой психики, которая является источником не только свободы творчества, но и всего демонического и ужасного, потусторонне-инфернального, что время от времени неожиданно врывается в жизнь людей, уродуя и сокрушая их (392, С.10). Как отмечают специалисты, учение Юнга об архепипах не свободно от противоречий: с одной стороны, архетипы бессознательного по сути своей являются пустыми формами, заполняющимися лишь в сознании, к тому же «непостижимыми» в своей основе, и за ними стоит нечто «непостижимое», с другой стороны, Юнг в своем творчестве активно пользовался терминами «содержания бессознательного» и изображает это содержание как автономных субъектов, обладающих «спонтанностью и целенаправленностью, которые ведут себя как «...относительно самостоятельные организмы»(392, С.10).
Однако, в конце жизни этим выдающимся психологом констатировался тот факт, что дверь в подсознание для человека закрыта. Следовательно, трудно даже предположить, каким образом информация представлена в данной психологической структуре. Вследствие этого, заявленная нами , психологическая связь как форма выражения процесса информационного взаимодействия, как мы указывали ранее, носит на данном уровне эвристический , непредсказуемый характер.
Что касается проблемы над - сознательного в психике человека, то эта проблема была затронута в исследованиях З.Фрейда, однако носила в нем как психологическое исследование сверх-я человека.
В отечественной научной литературе на теоретическом уровне данная проблема была вскрыта в вышеуказанной работе А.В.Иванова, что обусловило в конечном итоге трех - уровневый характер заявленной нами психологической связи в целом, а в практическом варианте в исследованиях проблемы медитации в научных работах В.В.Налимова и Ж.А.Дрогалиной.
Однако, данное научное направление, как мы указывали ранее, является предметом исследования трансперсональной психологии, что несколько не состыкуется с предметом исследования общей психологической науки. Однако, по мысли В.В.Налимова, психика человека отличается от компьютера именно ее способностью к медитации. Кроме этого, по представлению автора, проблема исследования над - сознательного в психике связана с проблемой наличия тайны Мирозданья, что также не может быть исследовано в рамках существующей официальной науки. Поэтому и заявленная нами психологическая связь на данном уровне носит точно такой же непредсказуемый, таинственный характер .
Однако, психика человека – это целостный феномен, целостная система, состоящая из трех уровней своей структуры , и ее нормальное функционирование в реальном мире возможно лишь при условии ее нормального функционирования на данных трех уровнях своей структуры. А в реальном, мире в этом случае, мы имеем проявленную информацию с данных трех структур психики человека, две из которых носят скрытый, латентный, непредсказуемый характер. Как здесь не вспомнить слова Н.А.Бердяева о том, что «Тайна личности, ее единственности, никому не понятна до конца. Личность человека более таинственна, чем мир. Она и есть целый мир» (31,С.11).
Другое дело, что в область собственно сознания человека информация как акт процесса информационного взаимодействия трех функциональных структур психики человека по данным современной науки выходит в виде образа – представления, наполненного определенным смысловым содержанием (собственно информация), другого механизма у природы, видимо, нет.
Эта проблема так или иначе связана с проблемой психофизиологического сечения, которая является одной из мировых неразрешимых проблем.
Суть ее заключается в том, что каким образом материальные (физико-химические) процессы, протекающие в межнейронных образованиях коры головного мозга человека производят (если производят) элементарный психический акт, называемый ощущением? В психологической науке по данной проблеме, как известно, существуют , по крайней мере, три точки зрения. С точки зрения сторонников первого подхода – мысль является материальным образованием, представляющим из себя тонкодисперсную материю, (Платон, И.И.Юзвишин и др.), поэтому с их точки зрения данного перехода вообще не существует. Однако, по мнению академика В.П.Зинченко, в настоящее время едва ли кто-нибудь может однозначно ответить на вопрос о том, что такое мысль и как она возникает (141,С.7).
С точки зрения сторонников или приверженцев второго – бихевириального – подхода – авторы исходят из единства психического и физического, истолковывая психическое как результат высшей нервной деятельности человека и описывают ее с точки зрения рефлекторной дуги И.П.Павлова (А.Н.Леонтьев, Э.В.Ильенков ).
И с точки зрения сторонников третьего подхода психическое и физическое представляют собой две параллельные самостоятельные субстанции, между которыми осуществляется вечное взаимодействие. Тем не менее в настоящее время в среде информатиков появились первые попытки объяснения данного явления. Интересна по данному вопросу концепция Д.И.Блюменау, изложенная им в работе «Информация в паранормальных явлениях» (47), в которой затрагивается и сущность психофизиологического сечения. Однако основным недостатком предложенной автором концепции , на наш взгляд, является ее практическая недоказуемость, Определяя информацию как «... вспышку сознания», автор переносит нас тем самым в философскую доктрину наличия огненного ментала во Вселенной, что , возможно и так, однако как это измерить и как доказать на уровне официальной материалистической науки? Это очень большой вопрос. Поэтому данные положения автора в настоящее время можно рассматривать лишь как очередную гипотезу, нуждающуюся в своем аргументированном доказательстве.
Не ставя перед собой задачи рассмотрения сущности психофизиологического сечения, тем не менее, предложим свое видение данной проблемы, исходя из особенностей настоящего исследования. Поскольку с нашей точки зрения, информация – это психика человека на всех структурных уровнях ее формирования, а следовые образования коры головного мозга человека – это только способ фиксации, способ кодировки идеального содержания – смыслового значения или смыслового поля – собственно информации,- то можем рассматривать данное явление как грифельную доску, на которой написан текст мелом или как лист бумаги, на котором записан определенный текст, определенная семантическая или любая другая информация. Образно говоря, мы можем рассматривать данное явление еще и как сосуд, в который налита определенная жидкость, например, вода в стакане, или другой пример, более близкий по смыслу: книга – материальная основа книги – бумага и ее формат и идеальное содержание текста книги (с нашей точки зрения – собственно информация – система смысловых значений текста или любой другой информации, зафиксированной в документе).
Каким образом две эти разнокачественные субстанции связаны между собой? Нам кажется, что всем хорошо известно, что с разрушением материальной основы гибнет и идеальное содержание. Так и в области психики человека – с разрушением материальной основы – следовых образований мозга гибнет и закодированная в них идеальная смысловая информация. Что же касается непосредственно перехода материального в идеальное, то правомерно по данному вопросу задать один единственный вопрос: а существует ли данный переход у книги? Думается, что нет. Или каким образом связано смысловое содержание книги с ее форматом или бумагой? Только в одном направлении: книга или любой другой носитель информации является материальной основой — носителем идеального содержания, зафиксированного ней, называемого в настоящее время информацией. Следовательно, в решаемом нами вопросе мы имеем дело с диалектическими категориями формы и содержания в философии. А человека в целом можно рассматривать как носителя информации. Однако данное положение вещей не исчерпывает нашей темы до конца. Ведь психика человека, согласно нашему пониманию вопроса состоит из трех ее структурных составляющих: собственно сознания, под- и над – сознания. А каким образом представлена информация в области под - и над - сознания? Как кодируется ( если кодируется ) информация там? Думается, что на данный вопрос пока никто не правомочен ответить.
Таким образом, только сравнение психики человека с его экраном нам дает ответ, во-первых, как рождается мысль – когда на внутреннем экране человека появляется или высвечивается определенный результат процесса информационного взаимодействия трех структурных составляющих психики человека – областей под – над - и собственно сознания и последнему остается только проявить в любом аспекте данный результат или не проявить вовсе. Более того, как утверждает Д.И.Блюменау, «… игра нейронных структур всегда предшествует мысли и никогда наоборот» (47,С.18) , что подтверждает наше понимание вопроса. Правда, по мысли Д.И. Блюменау существует теория Вселенской голограммы, Вселенского кода, однако, как мы указывали ранее, код является физической основой содержащейся в нем идеальной информации.
Проблема же медитации, исследованная наиболее глубоко в творчестве В.В.Налимова и его последователей также не исчерпывает данной темы, поскольку все эти явления осуществляются опять же через психику конкретного человека и, именно она является преемником или проводником пусть божественной, но все-таки информации. Поэтому, как мы указывали ранее, на данных уровнях психологическая связь носит эвристический непредсказуемый характер. Следовательно, наше понимание вопроса, подтверждает концепцию семантической Вселенной.
Таким образом, на поставленный в свое время вопрос Н. Винера о том, что информация – это не материя и не энергия, а именно информация, мы в настоящем исследовании можем дать вполне определенный и однозначный ответ – это психика человека на всех структурных уровнях ее формирования.

2.2 Соотношение концепции психологической связи с другими концепциями теории информации.

2.2. Соотношение концепции психологической связи с другими концепциями теории информации.

Процесс информатизации и те социально- экономические изменения, произошедшие в развитии нашего общества, привел к необходимости пересмотра и переработки методологических основ очень многих наук и научных дисциплин. В первую очередь эта проблема касается определения феномена информации в целом. Свидетельством этому может послужить необыкновенно большой рост исследовательских работ, проводимых вокруг феномена информации. В настоящее время исследователями насчитывается свыше двадцати концепций феномена информации в целом и свыше двухсот его определений, в том числе и авторская концепция, как концепция психологической связи.
В связи с тем, что при таком количестве проверить соотношение концепции психологической связи как концепции теории информации со всеми существующими ее концепциями не представляется возможным осуществить в рамках одной исследовательской работы, тем менее проверить ее соотношение с общеизвестными ее концепциями имело бы определенный исследовательский смысл, определенное как теоретическое, так и практическое значение.
К настоящему времени самое широкое распространение в нашей стране получили две концепции теории информации, одна из которых называется атрибутивной, другая – функциональной. Сторонники первой концепции связывают понятие информации с понятием отражения, которое, по мысли В.И. Ленина, является свойством или атрибутом материального мира природы ( 193 ).
Наиболее развернутое понимание данного вопроса эта ленинская мысль получила в концепции информации А.Д.Урсула, который понимает информацию как результат отраженного разнообразия, имеется в виду разнообразия объективного мира, что не нарушает тезис материального единства мира. По его мысли «… информация всегда связана с отражением» (332, С.56)
С нашей точки зрения, процесс отражения психикой или сознанием человека объективно существующего мира есть функционирование психологической связи только на одном и ее уровней, а именно, на уровне собственно сознания человека. Однако, в связи с тем, что психика человека является целостным, неделимым в своей основе феноменом, существующим и функционирующим одновременно на всех трех указанных нами уровнях ее структуры – в области под - над и собственно сознания, то , следовательно, представленное определение А.Д Урсула неполно в своем звучании, не исчерпывает данной проблемы до конца. Кроме этого, с точки зрения нашего исследования, информация идеальна в своей основе, поскольку совпадает с пониманием идеальности психики человека в целом, что не совпадает с точкой зрения материальной сущности информации А.Д.Урсула и его последователей.
Другой концепцией информации, получившей самое широкое распространение в нашей стране получила концепции информации, связывающая ее существование с понятием сигнала, знака, управления – это так называемая кибернетическая теория информации или функциональная теория информации, представителями которой являются А.И.Берг, В.М. Глушков(30, 80) и др.
В работе «Психофизиологический механизм связи потребителя информации и документа как системообразующий фактор системы документальных коммуникаций «(123), а также в собственно диссертационном исследовании( 126) нами был доказан функциональный характер психологической связи , что совпадает с точкой зрения сторонников функциональной концепции теории информации в данном аспекте. Более того, признание возникновения информации на уровне кибернетических и социальных систем, осуществленное в настоящем исследовании лишний раз подтверждает концепцию кибернетиков или концепцию обратной связи, несущую управленческие решения в деятельности биологических и социальных систем, ведущим элементом которых является человек.
Кроме вышеупомянутых общепризнанных концепций теории информации, особое место принадлежит концепции информационного тезауруса или концепции семантической информации. Проблема формирования информационного тезауруса человека не одно десятилетие волнует умы исследователей.
Наиболее распространенной точкой зрения в решении этой проблемы по совершенно справедливому мнению целого ряда ученых (В.З.Коган, Э.Л.Шапиро и др.) является концепция Ю.А.Шрейдера (377, 378), которого по праву называют отцом концепции информационного тезауруса или отцом концепции семантической информации. Именно, Ю.А. Шрейдером была впервые отмечена недостаточность статистической – математической теории информации К. Шеннона, согласно которой, количество исходной информации тем больше, чем меньше ее исходный объем (1+n). Попытка объяснения им этого явления вылилась в создание концепции метаинформации как инварианта количественной теории информации , ее содержательного аспекта, получившей название семантической теории информации в настоящее время.. Ю.А. Шрейдером было замечено, что в целом ряде случаев (а мы отметим – практически всегда – Е.Е.) получение информации возможно лишь при наличии определенного запаса или объема предварительной информации по данному вопросу. Вот эту предварительную информацию, а по Ю.А. Шрейдеру , - определенное «знание о мире», «некий запас сведений», «представления о мире некоторого наблюдателя», Ю.А. Шрейдер и назвал тезаурусом. « Очевидно, что метаинформация должна содержаться в тезаурусе – приемнике информации. Без этого, тезаурус не сумеет воспринять информацию из текста» (378,С .5), указывал автор. И совершенно логично сделал вывод о том, что под количеством информации следует понимать меру изменения тезауруса в результате анализа текста, то есть в результате чтения текста или , согласно нашей концепции, в результате практической реализации выявленной нами психологической связи на уровне отношения Документ – Потребитель информации в системе документальных коммуникаций.
При потреблении информации, зафиксированной на любом документе, с нашей точки зрения, происходит информационное взаимодействие двух информационных полей – информационного поля документа (собственно текст или любая другая информация зафиксированная на материальном носителе) и информационного поля человека – его психики. Графически это может быть выражено следующим образом:





Область совместимости информационных полей есть область функционирования выявленной нами психологической связи, а с точки зрения концепции информационного тезауруса – область совместимости тезаурусов по Ю.А.Шрейдеру.
С психологической точки зрения информационный сигнал неопознанный в нервных анализаторах мозга человека не вызовет в нем, никакого изменения и, следовательно, – никакого результата – он просто пройдет мимо внимания, не зацепившись. А это означает отсутствие акта информационного взаимодействия в психике человека, отсутствие функционирования психологической связи и, согласно статистической теории информации К.Шеннона, в этом случае отсутствует акт приращения информации, акт новизны и, соответственно этому, не функционирует всем известная формула (1+n), то есть фактически отсутствует акт развития, движения, эволюции в системе. Это хорошо всем известный случай с академиком и школьником: информация которая абсолютно вся известна академику не вызывает в его информационном поле никаких изменений и соответственно у школьника, эта же информация не вызовет никакого изменения информационного поля, так как является неопознанной, не узнанной для него, и следовательно, пройдет мимо.
Следовательно, выявленная нами психологическая связь как форма выражения процесса информационного взаимодействия и формула К.Шеннона (1+n) как математическое выражение теории информации совпадают в своей основе.
Неопределенность, понимаемая в психологии, как несоответствие между содержанием имеющейся в психике человека информацией и информацией поступающей в нее из - вне. Это несоответствие и составляет суть проблемной ситуации. А принятие решения есть выход из неопределенности (снятие неопределенности в системе, в нашем случае – в психике человека).
Однако для этого необходима определенная информация , которая может быть получена как из самой психики человека, из областей под – и над - сознательного в ней. В этом случае человек отвечает на любой заданный ему вопрос и на свой собственный в том числе. Однако, при отсутствии таковой в психике при решении определенной проблемы человек отправляется для поиска необходимой информации в библиотеку или иной информационный орган.
Долгие десятилетия исследователи всего мира были заняты исследованием только количественной интерпретации этого отношения, именно данного n, так называемого снятия неопределенности в системе, без исследования 1 как ведущего условия существования данного отношения, а ведь именно 1 является основным слагаемым данного отношения.
Что касается исследователей, утверждающих, что информация – это извечно существующая категория, такая же как материя и энергия, то с точки зрения нашего исследования, это возможно, но опять же бездоказательно, ибо никто не может сказать, как , в каком виде представлена информация на под- и над -сознательных уровнях психики человека.
Вопрос о соотношении материи и информации, поставленный в работе И.И.Юзвишина , (390) так же с нашей точки зрения проблематичен. Согласно его утверждениям, информация первична, а материя вторична. С нашей точки зрения, в этом соотношении имеет место понятие спонтанности или самоорганизации. Можно сказать, что материя и информация две равновеликие субстанции мирозданья, это две стороны одной медали или модели мирозданья. Материя без информации мертва, точно так же как информация без материи недейственна, так как отсутствует носитель информации – человек, являющийся венцом развития органического мира природы.
В настоящее время приходится констатировать, что в науке отсутствуют достоверные знания о том, как, в каком виде представлена информация в области под ,- и над- сознания, как в отечественной, так и в мировой науке, кроме архетипов К.Юнга, представленных в подсознании человека. Однако, по его же собственным словам, как мы указывали ранее, дверь в подсознание для человека закрыта…
Что касается проблемы над - сознательного в психике человека, то только в творчестве выдающегося ученого современности В.В.Налимова ( 234, 235) была вскрыта и получила практическую апробацию проблема медитации, так или иначе связанная с решением этого вопроса. Однако предмет исследования этого вопроса относится к теории трансперсональной психологии, исследующей проблемы так называемого измененного сознания человека, что не может быть исследовано в области общей психологической науки. Тем не менее, в его творчестве при исследовании им проблемы сознания человека мы находим понятие спонтанности или «метаслучайности» (234,С.110), выражающееся в силлогизме Бейеса, который является формальным или математическим описанием процесса самоорганизации сознания , не подчиняющегося, по мысли В.В.Налимова, причинно-следственной расшифровке. И, как указывает сам автор, в этом вопросе мы имеем дело с запредельными величинами, за которыми скрывается Тайна мирозданья, вследствие чего и данное направление не подлежит исследованию в настоящее время.
Одной из последних работ, посвященных проблеме определения феномена информации в нашей стране, является работа Ю.Н. Столярова «Сущность информации» (314), вышедшая в 2000 году и получившая определенный научный резонанс – рецензии М.Я.Дворкиной (90) и Р.С. Гиляревского (79) .
Декларативно объявив информацией «Субъективное отражение реальности» (31,С59), автор, тем не менее, не представил научному сообществу необходимой доказательной базы этого явления. Это – во-первых.
Во-вторых, как мы указывали в начале параграфа, отражение реальности психикой человека – это функционирование психологической связи на одном из ее уровней, а именно на уровне собственно сознания человека. Данное положение, однако, не исчерпывает нашей темы до конца, так как с точки зрения нашего исследования, собственно информация – есть результат информационного взаимодействия трех структурных составляющих психики человека – областей под - над - и собственно сознания. В связи с тем, что психика человека это целостный феномен и не может ни существовать , ни функционировать только на одном из ее уровней (это ведет к определенным ее заболеваниям или к нарушению психической деятельности в целом), следовательно, , представленное автором определение феномена информации, не достаточно полно исчерпывает данную тему.
И, наконец, в-третьих, как мы указывали ранее в своих работах , собственно информация - есть смысловое содержание образа психики человека или система смысловых значений, циркулирующих в рисунке психики человека – в его информационном поле, а смысл по Г.Фреге и по ряду отечественных психологов (А.Н.Леонтьев и представители его научной школы) есть объективное содержание мышления, которое может быть общим достоянием многих. Следовательно, информация есть объективное смысловое содержание субъективного образа психики человека. Что же касается субъективного отражения, то, исходя из данного понимания вопроса, это искажение информации с той или иной точки зрения. К сожалению, очень часто встречаемое как в реальной жизни, так и в науке.
С точки зрения Ю.Н. Столярова , информация есть результат отражения различных свойств материи , что говорит о вторичности информации по своей природе. Однако, информация для нас идеальна по своей сути, так как совпадает с пониманием идеальности психики человека, что также не совпадает с мнением вышеназванного автора.
Кроме того, как указывал В.В.Налимов , «Сознание по своей природе спонтанно. Именно спонтанность порождает самоорганизацию, которую можно описать математически, обращаясь к силлогизму Бейеса. Однако дальше идти нельзя. Дальше – запредельное. Тайна. «(234, С.115)
Следовательно, в вопросе о соотношении материи и информации мы подошли к пониманию их спонтанности (одномоментности) их взаимодействия или проявления в мирозданьи, порождающей процесс самоорганизации, являющийся предметом изучения синергетики как науки. Кроме этого, по мысли Ю.Н. Столярова , теория отражения и теория информации исследуют различные отношения между объектом и субъектом. Однако, какие именно? В чем они проявляются? Общеизвестно, что теория информации долгие годы была представлена в нашем государстве двумя ее концепциями - атрибутивой и функциональной , рассмотренными нами выше. Так какая же теория информации указана автором, каково их соотношение? Неизвестно. Теория отражения, как методологическая основа атрибутивной концепции информации , как мы указывали ранее , имела своим постулатом ленинскую мысль о том , что вся материя обладает свойством по сути дела родственным с понятием ощущения, свойством отражения, что неоспоримо. Однако, информация появляется только на уровне биологических и кибернетических систем, или систем с активнодействующей обратной связью.
Вследствие этого, представленное Ю.Н. Столяровым определение феномена информации не состоятельно по своей сути
Более того, в определении информации данным в свое время Н.Винером, о том, что информация есть информация , а не материя и энергия, автор тем самым указал на качественное отличие информации от таких фундаментальных констант мирозданья, каковыми являются материя и энергия. То есть , нельзя путать информацию ни с материей , ни с энергией, так как она таковой не является.
Последней исследовательской работой, вышедшей в нашей стране и посвященной определению феномена информации, является статья Н.Б.Зиновьевой «Новый взгляд на природу информации «(138 ).
Автор определяет информацию как следствие взаимодействия физических объектов ( энергетических,. структурных деформаций и по типу химических реакций), каждый из которых имеет своим следствием информацию различного качественного уровня. Особенностью информации является свойство неаддитивности, которое одновременно обуславливает потерю информации и ее качественное своеобразие.
Во-первых, следует отметить, что , связывая информацию с процессом взаимодействия не является принципиально новым явлением в отечественной науке, так как проблема взаимодействия правда информационного, как основного процесса порождения информации исследуется в отечественной науке с конца 60-х годов ХХ века в работах В.З Когана, В.А. Уханова , А.А Братко, А.Н. Кочергина и др., что уже само по себе говорит об отнюдь не новом взгляде на выявленную проблему.
Во-вторых, по мысли В.З.Когана и других исследователей феномена информации, в том числе и автора, информационное взаимодействие отсутствует в неживой природе, где есть только его правозвестники, простейшие виды взаимодействия… - силовые взаимодействия. А информационное взаимодействие как несиловое возникает на той ступени развития материи, которая ознаменована появлением кибернетических систем, то есть систем с активно действующей обратной связью.…Следовательно, речь идет о биологических и социальных формах движения материи. (169,С. 18). Таким образом, феномен информации является прерогативой исключительно биологических, кибернетических и социальных систем. А по представлению Н.Б.Зиновьевой, именно взаимодействие неживых физических объектов создает информацию физического и химического уровней строения материи, что, однако, не является доказанным в настоящее время.
Наряду с информацией, по мысли автора, в природе существует полевой аналог информации – параформация. Параформационную природу с точки зрения обозначенной концепции имеют интуиция, инсайт, озарение, имеющие, с нашей точки зрения исключительно психологическую или информационную природу, связанную с функционированием психики человека на уровне над-сознательного, как мы указывали ранее. Кроме этого, следует отметить, что человек живет и действует в определенной информационно-культурной среде, неотъемлемой частью которой является он сам.
Кроме того, нами в работе «Проблемы формирования информационной потребности субъекта» (121) была заявлена полевая особенность информации при формировании информационной потребности человека, и введен термин « …поля информационной потребности субъекта» ( 121,С.4 ) .
Что касается самого термина параформация, введенного автором в научный оборот, то , во-первых, необходимо доказать его существование в природе, а , во-вторых, рассматривать человеческий организм, погруженным в данную полевую субстанцию было бы весьма и весьма опрометчиво, поскольку человек все-таки материальное существо и история мировой науки указывает именно на данную особенность его существования в мире. Другое дело, что область над-сознательного в психике, согласно нашей концепции, носит исключительно полевой характер, это особая смысловая реальность, представленная в психике каждого человека в области над-сознания.
Как мы указывали ранее, на вопрос Н.Винера о том, что информация это не материя и не энергия, а третье, мы дали ответ в нашем исследовании еще в 1988 году, когда доказали несостоятельность существования в мире двух феноменов мирозданья – феномена информации и феномена психики человека, и позднее сформулировали определение данного феномена в целом – это психика человека на всех структурных уровнях ее формирования или информационно- смысловое поле человека.
Что касается второго определения Н.Винера о том, что информация – «… это обозначение содержания (сигнала), полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспосабливания к нему наших чувств» ( 65, С. 201), то, согласно нашему исследованию, добавим от себя , являющегося результатом акта информационного взаимодействия трех структурных составляющих психики человека – областей под- над- и собственно сознания.

ГЛАВА III. ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОТРЕБНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА КАК ОТРАЖЕНИЕ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ СВЯЗИ В РЕАЛЬНОМ МИРЕ.

Об авторе.

Евтюхина Елена Алексеевна – доцент кафедры библиотековедения и библиографии Рязанского филиала МГУКИ, кандидат педагогических наук - 1955 года рождения, русская в 1977 году с отличием окончила факультет научных и специальных библиотек Московского государственного института культуры.
В Рязанском заочном институте Московского государственного университета культуры и искуссв МГУКИ работает с 20 января 1981 года.
В ноябре 1985 года поступила в очную аспирантуру МГУКИ по кафедре фондов и каталогов для написания кандидатской диссертации. В августе 1988 г мною была написана кандидатская диссертация и в ноябре 1988 г. была успешно окончна очная аспирантуру МГУКИ.
На кафедре библиотековедения и библиографии Рязанского филиала МГУКИ работаю с 14 ноября 1988 года.. В этот период были разработаны теоретические курсы «Библиотечный фонд», «Документный фонд», «Аналитико-синтетическая переработка документов - часть-2.», «Предметизация документов», «Профессиональная этика библиотекаря», «Этическая культура менеджера», «Фонды детских, школьных и юношеских библиотек». «Лингвистические средства информационно – библиотечных технологий» с соответствующими программным и методическим обеспечением.
В 1998 г. в Ученом совете МГУКИ успешно защищена кандидатская диссертация: «Специфика формирования информационных потребностей:
библиопсихологический аспект».
В настоящее время написана докторской диссертациина тему «Психологическая связь как основа информационного взаимодействия в системе документальных коммуникаций»..
К настоящему времени в профессиональной печати опубликовано свыше 60 печатных работ, часть из которых прилагается:
1. Евтюхина Е.А. Психофизиологическая связь между документом и его потребителем – основа образования и функционирования системы документальных коммуникаций //VI Всесоюзн. Науч. Конф. По пробл. Книговедения. Секция Библиотековедения, Тез. Докл. 18-20 апреля 1988 г. – М., 1988. – С.26-28.
2. Евтюхина Е.А. Проблемы формирования информационной потребности субъекта. //НТИ. – Сер 2. – 1989. - №6. – С.2-4.
3. Евтюхина Е.А. К вопросу о сущности информационного интереса //Науч. и техн. б-ки СССР. – 1991. - №3. – С.18-21.
4. Евтюхина Е.А. Информационный запрос как выражение психологической связи, существующей в системе документальных коммуникаций // Науч. и техн. б-ки СССР. – 1991. - №5. – С.14-15.
5. Евтюхина Е.А. Библиопсихологическая теория Н.А. Рубакина как метод исследования психологической связи, существующей в системе документальных коммуникаций // I Общенациональный Конгресс по чтению “Чтение в современном мире: опыт прошлого, взгляд в будущее. 18-21 августа 1991 г. – Секция : Рубакинские чтения. Тез. докл. – М.,1991. – С.14-15.
6. Евтюхина Е.А. К вопросу о необходимости переработки теоретических основ курсов “Библиотечные фонды” и “Библиотечное обслуживание” //Библиотека: инновационные процессы и подготовка кадров: Тез докл. науч.-практ. конф. 28 июня – 3 июля 1993 г. – Улан-Уде, ВСГИК, 1993. – с.104
7. Евтюхина Е.А. Психофизиологический механизм связи потребителя информации и документа как системообразующий фактор системы документальных коммуникаций //Информатизация и проблема гуманитарного образования. – Междунар. науч. конф. Краснодар – Новороссийск. – 14-15 сент. -1995. – Тез. докл. – Краснодар, 1995. – С.229-231.
8. Евтюхина Е.А. К вопросу об улучшении преподавания курса “Библиотечные фонды” в условиях заочного вуза //Подготовка кадров в вузе культуры: проблемы совершенствования в условиях заочного обучения. Сб. материалов к обсуждению на науч.-практ. конф., посвящ. 15-летию РФ МГИК (28 апреля 1995). – Тез. докл. – Рязань, РФ МГУК, 1995. – С.64-66.
9. Евтюхина Е.А. Психологическая связь потребителя информации и документа как разновидность связи ценностных ориентаций личности с миром культуры //Мир культуры: Человек. Наука. Искусство. – Тез. докл.- междунар.
науч. конф. ученых, аспирантов и студентов 21-25 мая 1996. – Самара, 1996. – с.154-155.
10. Евтюхина Е.А. Библиотека – в помощь процессу социализации личности //Исторические социально-экономические и педагогические проблемы культуры. – Рязань, РЗИ МГУК, 1998. – С.135-138.
11. Евтюхина Е.А. Комфортная информационная среда как фактор выражения психологической связи в библиотеке //Информационная культура личности: прошлое, настоящее и будущее. – Междунар. науч. конф. - Краснодар – Новороссийск, 11-14 сент, 1996. – Тез .докл.. – Краснодар, 1996. – С.158-160.
12. Евтюхина Е.А. Специфика формирования информационных потребностей: библиопсихологический аспект. – Дис. канд. пед. наук. – М., 1998. – 126 с.
13. Евтюхина Е.А. Психологическая связь как основа инфовзаимодействия в системе документальных коммуникаций //Библиотечное дело. – 2000: Проблемы формирования информационного общества.- Тез. докл. V Междунар. науч. конф. “Москва 25-26 апреля – 2000”: Ч. 1. – М.,2000. –С..74.
14. Евтюхина Е.А. Психологическая связь в процессе общения библиотекаря и читателя. //Библиотечное дело. – 2000: Проблемы формирования информационного общества. - Тез. докл. V Междунар. науч. конф. “Москва 25-26 апреля – 2000”: Ч. 1. – М.,2000. – с.75.
15. Евтюхина Е.А. “Библиопсихологический аспект формирования информационных потребностей. - Монография. – Рязань: Узорочье, 2000. – 96 с.
16. Евтюхина Е.А. Предмет информационной культуры личности : психологический аспект // Библиография. – 2002. -№4. – С 56-59
17. Евтюхина Е.А. К проблеме психофизиологического сечения // Личность в современных условиях. Вып.4 .- Мат. межрегион.науч.-практ.конф. «Проблемы развития личности».- Рязань, 30 октября 2001 г.-Рязань-Ярославль-Москва.-2001.-С.47-48.
18. Евтюхина Е.А. К проблеме формирования информационной потребности человека //Реализация национально-регионального компонента в содержании образования: Материалы 1Х межвуз. науч.-метод.конф.,12 марта 2002г..Ч.2.-Рязань, РГПУ. - 2002.-С.52-53.
19. Евтюхина Е.А К вопросу о необходимости переработки теоретических основ курса «Информатика» // Библиотечное дело. – 2002: Библиотечное образование и практика: поиски взаимопонимания, 24-25 апреля 2002. - Тез. докл. VII Междунар. науч. конф. – М., 2002. – С. 19-30
20. Евтюхина Е.А К проблеме формирования личности человека // Проблемы развития личности. – Рязань: РГМУ. – 2002. – С. 52-53
21. Евтюхина Е.А. К вопросу о сущности феномена информации // «VII Рязанские педагогические чтения». – Рязань, РГПУ, 2001. – С. 63-65.
22. Евтюхина Е.А. Информация и психика человека // Библиография .- 2001. - №5. – С. 10-12.
23. Евтюхина Е.А. О субъективном и объективном в информации // X Рязанские педагогические чтения. – Тез. докл. – Рязань, РГПУ. – 2003. – С. 166-167
24. .Евтюхина Е.А. К проблеме реализации психологической связи //Библиотечное дело 2004:Всеобщая доступность информации.-Мат.9 междунар.науч.конф..- М.,2004.-С.19-20
25. Евтюхина Е.А. О соотношении информации и коммуникации // 1Х Рязанские педагогические чтения .- Рязань, 2004.-С.59-60
26. Евтюхина Е.А.Модель структуры психики человека //Проблемы развития личности. - Мат. межрегион. научно-практ. конф. – Рязань,2004.-С.226-227.
27. Евтюхина Е.А.Концепция психологической связи в контексте теории информации //Библиография.- 2004.-№6.-С.39-42.
28. Евтюхина Е.А. Реализация психологической связи в учебном процессе вуза // Х11 Рязанские педагогический чтения.- Рязань, 2005.-С.110-111.
29. Евтюхина Е.А Об информации и знании // Библиотечное дело 2005.-Деятельность библиотеки и развитие информационной культуры общества.- М., 2005.-С.17-19.
30. Евтюхина Е.А Информация и психика человека: Монография.- Рязань, Узорочье, 2005.- 220с.
31. Евтюхина Е.А.Соотношение концепции психологической связи с другими концепциями теории информации //Вестник МГУКИ.- 2004.- №4.-С.116-123.
32. Евтюхина Е.А.Ценностный подход к учебно-воспитательному процессу //Х111 Рязансие педагогические чтения. –Рязань, 2006.-С.105.
33. Евтюхина Е.А. Диагностирование информационных потребностей //Библиография.-2006.-№2.-С.26-30
34. Евтюхина Е.А. К вопросу о сущности феномена чтения // Вестник МГУКИ.- 2006.- №2.—С.123-126
35. Евтюхина Е.А. Библиопсихологический метод Н.А.Рубакина как метод исследования связи: психика человека – текст документа// Библиотековедение.-2006.-№4.-С.69-73.
36. . Евтюхина Е.А. К проблеме леворукости человека // Проблемы развития психики .-вып.9.-Рязань,2006.-С.32-33.
37. Евтюхина Е.А К проблеме создания теории информационных потребностей// Х1У Рязанские педагогический чтения.-Рязань,2007.-С.96-97
38. Евтюхина Е.А К проблеме лечения шизофрении //Проблемы развития личности.Вып.10.-Рязань,2007.-С.305-307.
39. Евтюхина Е.А. Классификация информационных потребностей в библиотеке //Библиография .-2008.-№1.-С.42-47
40. Евтюхина Е.А. К проблеме формирования информационной культуры личности //Библиотечное дело 2007.- С.156 - 159
41. Евтюхина Е.А. Синергетика и психологическая связь //Библиография.-2009.-№2.- С.43 – 46.
42. Евтюхина Е.А. Библиопсихологический метод Н.А.Рубакина как метод исследования информационной потребности человека //ХУ1 Рязаниские педагогические чтения .- Рязань,2008.-С.77-79.
43. Евтюхина Е.А. Чтение как синергетический принцип в системе научных коммуникаций // Книга и культура: междунар. науч. конф.- М.,2008. С. 58- 59 .

За эти годы написаны следующие методические разработки:
1) «Документный фонд» - Метод. указ. для студентов-заочников III курса библиотечного факультета, Рязань. - 1999.- 2 п.л.
2) «Документный фонд». - Рабочая программа для студентов-заочников библиотечно-информационного факультета МГИКИ. – Рязань, 2003 г. – 1п.л.
3) «Библиотечный фонд» - Метод. указ. для студентов-заочников IV курса библиотечно-информационного факультета, Рязань 2003.- 2 п.л.
4) «Библиотечный фонд». - Рабочая программа для студентов-заочников библиотечно-информационного факультета МГИКИ. – Рязань, 2003 г. – 1п.л.
5) «Аналитико-синтетическая переработка документов Ч.2.» - Метод. указ. для студентов-заочников II курса библиотечного факультета. - Рязань 2003 . – 2 п.л.
6) «Аналитико-синтетическая переработка документов Ч.2». - Рабочая программа для студентов-заочников библиотечно-информационного факультета МГИКИ. – Рязань, 2003 г. – 0,5 п.л.
7) «Аналитико-синтетическая переработка документов Ч.2».- Метод. указ. для студентов-заочников II курса библиотечно-информационного факультета. Рязань. - 2003 . – 2 п.л.
8) «Аналитико-синтетическая переработка документов Ч.2». - Рабочая программа для студентов-заочников библиотечно-информационного факультета МГИКИ. – Рязань, 2003 г. – 0,5 п.л.
9) Профессиональная этика библиотекаря. – Методические материалы для студентов-заочников IV курса библиотечно-информационного факультета. Рязань, 2000г. – 0,4 п.л.
10) «Профессиональная этика библиотекаря». – Рабочая программа к курсу для студентов-заочников IV курса библиотечно-информационного факультета. Рязань, 2003 г. –0,25 п.л.
11) «Этическая культура менеджера».- Методические материалы для студентов-заочников IV курса библиотечно-информационного факультета. Рязань, 2000 г. – 0,4 п.л.
12) «Этическая культура менеджера». – Рабочая программа к курсу для студентов-заочников IV курса библиотечно-информационного факультета. Рязань, 2003 г. –0,25 п.л
13) «Фонды детских, школьных и юношеских библиотек». – Метод. мат. для студентов-заочников III –V курса. Рязань , 2000 г. –0,5 п.л.
14) «Фонды детских, школьных и юношеских библиотек». – Рабочая программа к курсу для студентов-заочников III –V курса. Рязань , 2003 г. –0,5 п.л.
15) Лингвистическое обеспечение информационных технологий.- Рабочая программа к курсу «Информационное обеспечение информационных технологий»- Рязань, 2007.-32с.

Повышение квалификации

В сентябре-октябре 1992 г. прошла стажировку ФПК МГИК библиотечные фонды с получением соответствующего удостоверения.
В июне 2008 года прошла повышение квалификации в Институте повышения квалификации информационных работников в г. Москве. По теме « Инновационная педагогическая деятельность». С получением соответствующего удостоверения.

ГЛАВА III. ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОТРЕБНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА КАК ОТРАЖЕНИЕ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ СВЯЗИ В РЕАЛЬНОМ МИРЕ.

3.1. Проявление психологической связи в формировании информационной потребности человека.

3.2.Генезис формирования информационного интереса индивида.

3.3. Информационный запрос как средство реализации психологической связи в системе документальных коммуникаций.

3.4. Экспериментальная апробация психологической связи, на уровне образования и удовлетворения информационного запроса пользователя.

3.1. Проявление психологической связи в формировании информационной потребности человека.

Проблема формирования информационных потребностей уже более сорока лет волнует научную общественность нашей страны. Об этом феномене как и о феномене информации в целом написаны многие сотни и сотни научных работ, защищены десятки и десятки диссертаций. К настоящему времени, (однако) наблюдается определенный «спад» в исследовании данного явления выражающий, как нам кажется, определенную усталость специалистов в исследовании этого вопроса.
Тем не менее, характеризуя общий уровень состояния этой проблемы в настоящее время можно констатировать её противоречивый характер: от абсолютного отрицания феномена информационных потребностей (точка зрения А.В.Соколова и его последователей) до теории информационных потребностей «...которая только начинает (если начинает) складываться» ( точка зрения В.З.Когана и его последователей, в том числе и автора.)
Как мы указывали ранее, в нашей стране проблема исследования информационных потребностей существует свыше сорока лет. Однако долгое время основное внимание исследователей данной проблемы было направлено на выявление факторов, формирующих информационные потребности общества, на разработку методик их изучения и удовлетворения, на выяснение основных свойств информационных потребностей и т.д., тем не менее сам феномен информационной потребности человека в эти годы исследован не был, он оставался как бы в «тени».
Поэтому, существенный вклад в разработку этой проблемы был внесен С.Д.Коготковым в работе “Формирование информационных потребностей” (175), в которой автором на основе деятельностного подхода, были вскрыты, выявлены, прослежены основные этапы формирования информационной потребности в общей структуре деятельности индивида. Такими этапами, по мысли автора, явились следующие моменты в деятельности индивида: наличие проблемной ситуации в деятельности субъекта , для разрешения которой последнему необходимо отыскать в информационном фонде необходимую информацию; наличие у индивида потребностного состояния ,(175,С.3) свидетельствующего об осознании индивидом данной проблемной ситуации; “веер разнообразных объектов”, “которые потенциально могут стать предметом потребности” ;(175, С.3), достройка идеальной модели деятельности в сознании индивида; приблизительные представления, на основании которых индивид мог бы направлять и регулировать свою деятельность по поиску необходимой информации; и, наконец, информационный потенциал (тезаурус) индивида в определенной области деятельности (175,С.3) , необходимый для поиска информации.
Однако для нас в 80 –е годы ХХ века в данной концепции остался невыясненным один момент, а именно: каким образом “достройка идеальной модели деятельности”(175,С.3) , осуществляющаяся в сознании индивида, позволит превратить потребностное состояние субъекта в наполненную конкретным содержанием информационную потребность? Поэтому вслед за работой С.Д.Коготкова нами была опубликована работа «Проблемы формирования информационной потребности субъекта» (121), основные положения которой сводились к следующему.
Насколько известно из специальной литературы, в частности из трудов А.Н.Леонтьева, на работы которого ссылается сам С.Д.Коготков, во-первых, “...в самом потребностном состоянии субъекта предмет, который способен удовлетворить потребность, жестко не записан... он должен быть еще и обнаружен”(197,С. 205) , а во-вторых, “...только в результате такого обнаружения потребность приобретает свою предметность, а воспринимаемый (представляемый, мыслимый) предмет - свою побудительную и направляющую деятельность функцию, то есть становится мотивом”(197,С.205) , как одним из структурных составляющих деятельностного подхода, применяемого в психологии. Кроме этого, момент опредмечивания потребности, наполнения ее конкретным содержанием связывается А.Н.Леонтьевым с моментом “встречи” с отвечающим ей предметом. Так, по данному вопросу он пишет: “Лишь в результате ее встречи с отвечающим ей предметом она впервые становится способной направлять и регулировать деятельность. Встреча потребности с предметом есть акт чрезвычайный. Он отмечался уже Дарвиным, о чем свидетельствуют некоторые данные И.П.Павлова, о нем говорит Д.Н.Узнадзе как об условии возникновения установки, и его блистательное описание дают современные этологи. Этот чрезвычайный акт есть акт опредмечивания потребности, “наполнения ее содержанием, которое черпается из окружающего мира”(197,С.144-145) .
Данный момент не прошел мимо внимания классиков мировой и отечественной литературы. Так, А.С.Пушкин устами своей героини Татьяны Лариной отметил:
Ты чуть вошел, я вмиг узнала,
Вся обомлела, запылала
И в мыслях молвила - вот он. (267, С.59 )
Как видим, потребностное состояние героини, выражающееся в глубокой эмоционально-чувственной окраске, снимается или, во всяком случае, переходит в другое психическое состояние только после обнаружения предмета потребности. Само же потребностное состояние индивида, относящееся к разряду психических состояний человека, в самом общем виде понимается психологами как “...психологическая категория, в состав которой входят различные виды интегрированного отражения... без отчетливого осознания их предметного отражения”(264,С.282) , а во-вторых, в исследованиях Б.И.Додонова, на работы которого также ссылается С.Д.Коготков, совершенно отчетливо указывается на то, что “потребностное состояние, которое мы время от времени испытываем... не тождественно не только потребности вообще, но даже потребности, актуально себя проявляющей в данный момент”(96,С.23) , и, наконец, в-третьих, Б.Г.Дилигенский констатирует, что “...сам по себе факт совпадения “потребностного состояния” с состоянием напряжения психики... можно считать установленным...”( 93,С.38) , однако “...отсюда же вытекает, что напряжение может выступать как “...допредметная фаза потребности” ,(93,С.38) то есть потребности, еще на нашедшей своего предмета, вследствие чего оно может быть рассмотрено лишь как индикатор потребности, отраженной в индивиде. Поэтому до тех пор, пока на будет обнаружен, найден, узнан или наконец, встречен сам предмет потребности, потребностное состояние, во-первых, ни в какой мере не будет снято с индивида, а во-вторых, говорить о самой уже сформированной, наполненной конкретным содержанием потребности еще рано.
В концепции С.Д.Коготкова наличие “...у субъекта определенных представлений о необходимой информации ведет к тому, что потребностное состояние получает определенную направленность, наполняется конкретным содержанием и превращается в определенную информационную потребность (175,С.3) , то есть, потребностное состояние, во-первых, уже снято с индивида, а во-вторых, исходя из вышеизложенного, уже обнаружен и сам предмет потребности. Однако, как быть в том случае, когда индивид, придя в библиотеку или иной информационный орган, пытается найти, отыскать, обнаружить необходимую ему информацию? Разве в данный момент он не имеет определенной психической напряженности, именуемой потребностным состоянием? Смело можно утверждать, что имеет. Кроме того, причем же здесь тогда “...веер разнообразных объектов, которые потенциально могут стать предметом потребности”(175,С.3) , когда сама опредмеченная, наполненная конкретным содержанием информационная потребность уже имеется в наличии у индивида?
Моделирование же деятельности или, как писал об этом С.Д.Коготков, “создание идеальной модели деятельности”(175,С.3) само по себе не способно опредметить, наполнить конкретным содержанием потребность, а тем более стимулировать дальнейшую деятельность по ее удовлетворению. Ведь моделирование деятельности в общей структуре деятельностного подхода можно рассматривать лишь как один из способов для нахождения самого главного в потребности, а именно, ее предмета. В данном случае же необходимо самое главное, чтобы в процессе моделирования или “создания идеальной модели деятельности” ,(175,С.3), осуществляемой в сознании индивида, был найден, узнан или, наконец, встречен сам предмет потребности, без которого ни одно потребностное состояние индивида не способно превратиться в наполненную конкретным содержанием потребность, вследствие чего процесс моделирования может осуществляться бесконечно. Более того, в исследованиях П.К.Анохина указывается, что физиологической основой так называемого “опережающего отражения действительности”(6,С.18) , этого универсального принципа “приспособления всех форм живого к условиям окружающего мира”(6,С.20) или по словам С.Д.Коготкова, “создания идеальной модели деятельности”(175,С.3) в сознании индивида, подчеркивается мысль о том, что химической основой данного психологического акта является то, что “...где бы ни был предшествовавший раздражитель, он неминуемо будет “настигнут” генерализованным болевым раздражением и произойдет в такой же степени неминуемая встреча двух химических процессов в протоплазме одной и той же нервной клетки” (6,С.20).
Вследствие чего мысль С.Д.Коготкова о том, что “достройка идеальной модели деятельности”(175,С.3) в сознании индивида позволит превратить потребностное состояние в наполненную конкретным содержанием информационную потребность, требует своего уточнения. Данный момент, исходя из вышеизложенного, возможен лишь в том случае, если в процессе моделирования деятельности или “создания идеальной модели деятельности” в сознании индивида в обязательном плане осуществится акт встречи потребностного состояния с отвечающим ему предметом. Тогда, получение индивидом своего “знания о незнании” следует представить как результат постоянных встреч, наложений, сопоставления одних представлений с другими, того, “что я знаю” по проблеме, с тем, “чего не знаю”, происходящих в сознании индивида на базе того информационного тезауруса, которым он обладает в данной области деятельности.
В результате этого в сознании субъектом очерчивается определенная область “незнания”, которая и является предметом потребности, но только предметом, который принадлежит сознанию, психике индивида, относясь тем самым к области идеального и являясь представлением, а более детально - идеальным психологическим образом реально существующего предмета потребности, который необходим потребителю. Поэтому совершенно правильной следует признать схему структуры содержания информационных потребностей, предложенную С.Д.Коготковым , (175,С.3), состоящую из известной информации и неизвестной информации, являющейся предметом информационной потребности. Однако, отметим, предметом, который найден, обнаружен, узнан или, наконец, встречен в сознании индивида и являющимся идеальным психологическим образом необходимого предмета потребности, находящимся в области информационных фондов и необходимым для реализации проблемной ситуации, сложившейся в деятельности. Тогда схема структуры содержания информационных потребностей будет выглядеть следующим образом:





Кроме этого, момент “встречи” потребностного состояния индивида со своим предметом является чрезвычайно важным моментом не только в наполнении потребности своим конкретным содержанием, но он к тому же является совершенно необходимым актом в общей структуре деятельности индивида по формированию информационной потребности.
Во-первых, “...будучи слепой, она (потребность - Е.Е.) приводит лишь к нецелесообразной активности, обнаруживая при этом, однако, сильную тенденцию “прозреть”, конкретизироваться в чем-то определенном, вещественном”(64,С.192) . В случае, когда это происходит (в нашем случае, когда обнаружен, найден предмет потребности - Е.Е.), формируется новое, значительно более прочное образование - опредмеченная потребность или “мотив”(64,С.192) , как одно из составляющих звеньев в общей структуре деятельности. Причем “...мотив - это отраженный предмет, образ некоторого предметного содержания”(64,С.194)
Во-вторых, только в результате “встречи” потребности и ее предмета обеспечивается получение индивидом той специфической установки, которая, являясь отправным пунктом любой деятельности, “...объявляется сознанию в виде первичного значения предмета, после чего активность индивида приобретает определенную направленность”(327,С.47). .
Другими словами, в представлении этапов формирования информационной потребности субъекта С.Д.Коготковым с нашей точки зрения был упущен заключительный этап ее формирования, а именно, этап “встречи” потребности со своим предметом, без чего ни одна потребность, во-первых, не способна наполниться конкретным содержанием, а во-вторых, в отсутствие данного этапа не состоится и деятельность по ее формированию.
Однако, как было указано ранее, потребностное состояние индивида продолжает существовать и в момент отбора в информационном фонде необходимой ему информации, когда субъект из “веера”(175,С.3) представленных в информационном фонде документов, согласно С.Д.Коготкову “объектов”(175,С.3) , продолжает отбирать, опять же путем опознания, узнавания, “встреч” ту информацию, которая необходима ему для ликвидации создавшейся проблемной ситуации, то есть находить теперь уже документальный предмет своей информационной потребности. Однако это опознание, эта «встреча» документального предмета информационной потребности будет осуществляться уже вторично, фигурально говоря, на втором уровне непосредственно в области информационных фондов. Кроме того, эта «встреча», это опознание, это нахождение вторичного, документального предмета информационной потребности будет осуществляться на основании той области “незнания”, того психологического образа - представления предмета потребности, найденном индивидом первоначально в собственной психике.
Иными словами, заключительным этапом формирования информационной потребности человека является этап “встречи” потребностного состояния с отвечающим ему предметом, осуществляемый индивидом на двух уровнях: внутреннем - в собственной психике, где происходит обнаружение, нахождение первичного предмета потребности, в нашем случае - психологического образа-представления данного предмета потребности или “знания о незнании”, и внешнем, документальном, в системе информационных фондов, где происходит опознание, встреча, узнавание вторичного, документального предмета информационной потребности на базе уже имеющегося у индивида. Именно данный этап создает “...поле информационной потребности индивида”. Как известно, природа поля континуальна, вследствие чего отсутствует как система кодирования информации , так и система передачи ее по каналам связи. Континуум от латинского ( continuum) означает непрерывную совокупность , то есть в пределах определенного пространства информация находится везде и повсюду в каждой точке данного пространства. Именно это обстоятельство лишний раз подтверждает полевую особенность или структуру психики человека.
Логическим выводом из всего вышеизложенного является наличие определенной связи, существующей между психикой потребителя информации и отыскиваемой им в информационном фонде информацией. По отношению к формированию информационной потребности человека данная связь является базовой, поскольку только на ее основе осуществляется весь цикл формирования информационной потребности человека в целом.
Вследствие этого, общая схема формирования информационной потребности человека, предложенная нами в диссертационном исследовании имела двух уровневую структуру:






С потр - потребностное состояние индивида, свидетельствующее о наличии у него определенной потребности, в данном случае - информационной;
Пр1, Пр2, Пр3, ..., Пр…n - первичные предметы потребности, так называемое “знание о незнании”, в нашем случае, психологический, идеальный образ-представление предмета информационной потребности, найденный, обнаруженный в собственной психике человека;
Пр1', Пр2', Пр3', ..., Пр...n' - “веер разнообразных объектов” по С.Д.Коготкову, которые потенциально могут стать предметом информационной потребности, в нашем случае, вторичные, документальные предметы информационной потребности, которые отыскиваются индивидом в информационном фонде;
Пр 1 – Пр 3 - “психологическая связь”, существующая в системе “потребитель информации - документ”, базовая основа формирования информационной потребности.
Заштрихованная часть - область “совместимости информационных тезаурусов” индивида и информационного фонда или информационного тезауруса документа, выполняющая в формировании информационной потребности субъекта чрезвычайно важную роль, поскольку только на ее основе осуществляется факт восприятия индивидом любого информационного сообщения. Область, отмеченная пунктирной линией - непосредственно “...поле информационной потребности” индивида, куда входит и психика субъекта и текущая в нее информация, зафиксированная на материальном носителе.
В основе данной психологической связи находится категория человеческого представления или представленности мира субъекту, что по свидетельству современных психологов “...составляет основу психической (сознательной) жизни и деятельности субъекта, является фундаментальным условием развития его познавательных процессов”(252, С.16) . Действительно, потребитель информации, субъект деятельности, сообразно своему представлению находит, опознает вначале в собственной психике необходимый психологический образ необходимой информации, а соответствующую этому образу информацию потом вторично отыскивает в информационном фонде.
В связи с тем, что психологическая связь по отношению к формированию информационной потребности человека, как мы указывали ранее, является базовой основой, то, исходя из этого, мы определяем информационную потребность человека как отражение функционирования психологической связи в реальном мире.

3.2.Генезис формирования информационного интереса индивида.